Пентагон как венчурный фонд: как США строят цепочку критических материалов в обход Китая

В апреле 2025 года Китай ввёл экспортные ограничения на семь редкоземельных элементов — самарий, гадолиний, тербий, диспрозий, лютеций, скандий и иттрий. В октябре ограничения распространили ещё на пять.

Для США зависимость стала вопросом национальной безопасности. Редкоземельные элементы и другие критические материалы используются в авиации, радарах, системах наведения, электродвигателях, аккумуляторах и другой высокотехнологичной продукции.

7 августа 2026 года американские власти объявили новый пакет инвестиций примерно на $3 млрд в критические минералы и аккумуляторные технологии. Только три крупнейшие сделки, проведённые через Office of Strategic Capital Пентагона, составили $1,95 млрд.

Но интереснее сам механизм финансирования.

Пентагон становится инвестором

Office of Strategic Capital (OSC) появился ещё в декабре 2022 года — задолго до китайских ограничений 2025-го.

Его задача — привлекать государственный и частный капитал в технологии и производственные цепочки, критически важные для национальной безопасности.

Это заметно меняет традиционную роль оборонного ведомства. Государство остаётся заказчиком продукции, но одновременно становится кредитором, гарантом спроса, а в отдельных случаях — акционером компаний.

Один из самых показательных примеров появился ещё в июле 2025 года, когда Пентагон инвестировал $400 млн в привилегированные акции MP Materials — оператора единственного действующего редкоземельного рудника в США.

Сделка проходила через Defense Production Act Title III, а не OSC, но логика была той же: государственный капитал используется для создания производственных мощностей, которые рынок самостоятельно финансирует недостаточно быстро.

Три сделки 7 августа

Sila Nanotechnologies — $1,4 млрд.

Условное кредитное обязательство направлено на расширение производства кремний-углеродных анодов и аккумуляторных технологий.

Кремний позволяет частично заменить традиционный графит в аноде и увеличить энергетическую плотность аккумуляторов. Для США здесь важна ещё одна зависимость: Китай занимает ключевое положение и в мировой цепочке производства графита для батарей.

Sunrise Energy Metals — $400 млн.

Средства предназначены для развития Syerston Scandium Project в Новом Южном Уэльсе.

Проект должен создать первичную добычу скандия — сегодня этот металл в основном получают как побочный продукт переработки других руд.

Для американской стратегии принципиально и другое: проект расположен не в США, а в Австралии.

Вашингтон фактически строит цепочку не только внутри страны, но и внутри системы союзников.

Niron Magnetics — $150 млн.

Компания разрабатывает постоянные магниты на основе нитрида железа.

И здесь стратегия идёт ещё дальше: технология вообще не требует редкоземельных элементов.

Если она сможет масштабироваться промышленно, задача меняется с поиска альтернативного поставщика редкоземов на устранение самой зависимости от них в конкретном продукте.

Формируется целая система

Эти три сделки — только часть более крупной промышленной политики.

В ноябре 2025 года MP Materials, американское оборонное ведомство и саудовская Maaden договорились создать в Саудовской Аравии совместный проект по переработке и разделению редкоземельных элементов.

В феврале 2026 года американский EXIM Bank одобрил финансирование до $10 млрд для Project Vault — стратегического резерва критических минералов. Вместе с частным капиталом проект должен получить около $12 млрд.

Получается уже несколько уровней одной системы:

добыча → переработка → новые материалы → альтернативные технологии → стратегические запасы → гарантированный государственный спрос.

Что здесь самое важное

США пока не избавились от зависимости от Китая. Большинство новых мощностей встанут не раньше чем через несколько лет, а Китай сохраняет доминирующее положение в переработке целого ряда критических материалов.

Но меняется сама модель промышленной политики.

Пентагон десятилетиями прежде всего покупал продукцию у оборонных компаний. Теперь государство одновременно использует закупки, долгосрочные кредиты, инвестиции в капитал, стратегические резервы и партнёрства с союзниками.

Причём используются сразу две стратегии.

Первая — перенести критические цепочки из Китая в США и страны-союзники.

Вторая — финансировать технологии, которым отдельные китайские материалы вообще больше не нужны.

И именно вторая стратегия может оказаться важнее отдельных миллиардных инвестиций.